– У офицера Чен, не возникло замешательства касательно нашей схожести с восьмисотой версией, – передразнивает его детектив, на секунду прикрывая глаза, будто пытаясь найти в себе силы не ответить что-то более резкое и язвительное. Капитан Фаулер сумел доходчиво объяснить, почему Рид не может послать этого андроида куда подальше. И чтобы там Гэвин не думал, с этим приходилось мириться, ведь перспектива лишиться работы это совершенно не то, что ему хотелось.
– Нет уж, слишком много Конноров тогда получится, и я точно поеду крышей, – мысленная пометка придумать ему имя как можно более отвратительное. Рид человек, в конце концов, а значит, может выбрать андроиду такое имя, какое ему заблагорассудится. Детектив ещё не знал ни одного случая, когда эти пластиковые мешки сами выбирали себе имя.
Отказ принести ему кофе бьёт по ушам и насмешливо отзывается где-то в сознании, и Гэвину хочется схватить свой пистолет и всадить пулю прямо в этот андроидовский рот. Но за такое его точно по голове не погладят, поэтому рука детектива лишь дёргается. А может убить девятисотого и выдать всё за несчастный случай? Но Гэвин прекрасно осознавал, что и это не прокатит.
И Рид сдаётся, позволяя тому отсканировать необходимые материалы дела, но всё ещё думает о том, что выберет самое отвратительное имя, какое только может быть.
Когда RK900 вырывает сигарету из его рук, Гэвин едва сдерживает волну негодования, сжимая со всей силы ладони в кулаки. Но вместо того чтобы ударить (как же он хочет сделать это) детектив вскакивает с кресла и со всей силы тычет его пальцем в грудь, там где указано наименование модели.
– И чтобы ты, пластмасса, больше никогда не смел так делать! Ты гребанный андроид, – он и сам не знает, что именно сейчас взбесило больше: то, что этот девятисотый так много себе позволяет или то, что сам он прекрасно знал, что нельзя курить в полицейском офисе, нарушив тем самым элементарную технику безопасности.
Да какого чёрта он вообще всё это терпит? Впрочем, вопрос не требовал ответа, и Рид обреченно выдохнул, садясь обратно в кресло. Рука всё ещё подрагивала.
– Что? – он не замечает это явно наигранное удивление в голосе девятисотого, когда слышит от него фразу о том, что есть что-то, что было упущено на последнем месте преступления. Детектив смотрит на фотографию, о которой сказал андроид, увеличивая масштаб левого нижнего угла, и действительно замечает там предмет, о котором говорил девятисотый, и которого не было в отчёте. С отчётом Рид уже успел ознакомиться, но вот этой фотографии ещё не видел. Оно было сделано сегодняшней ночью на месте последнего убийства, и детектив ещё не успел там побывать, собираясь поехать туда как раз сегодня утром.
– Едем туда, – недавняя перепалка была забыта (конечно, временно). – Место должно быть всё ещё оцеплено.
Когда они едут в машине (за рулём, само собой, Гэвин), он почему-то вспомнил историю, когда очень давно, ещё в детстве, напротив их дома жил мальчик, почти ровесник Гэвина, по имени Ричард, и этот Ричард постоянно издевался над сестрой Рида, которая из-за своего возраста не могла ничем ему ответить. А когда однажды Гэвин заступился на неё, то тоже огреб по полной программе. И огребал еще несколько лет. А потом, за несколько недель до окончания школы, Ричарда арестовали за хранение наркотиков, и ему никто не верил, на его заявления о невиновности. А Гэвин, зная правду, (он сам их ему и подкинул) промолчал. Да, подло, но Ричард был сам виноват. Уже работая в полиции, Рид пробил его по базе данных, и был почти счастлив, что сломал ему жизнь. Из тюрьмы Ричард так и не вышел, убив через пару лет своего сокамерника и был осуждён на пожизненное. Но после обнаружения данной информации, чувство счастья изменилось на что-то непонятно, и, наверное, именно тогда впервые Риду стало мерзко от самого себя. Получилось забавно, если учесть еще тот факт, что за некоторое время, до того как сосед отмудохал Рида в самый первый раз, сестра Гэвина притащила откуда-то котенка, которого назвала именем Ричард. Впрочем, и его судьба была такой же незавидной: Гэвин просто хотел проверить, что будет, если посадить уже подросшего котенка на скейтборд и столкнуть его с горы.
– Знаешь, я тут тебе имя придумал, – он знает, что преступник никогда не должен возвращаться на место преступления, если не хочет чтобы его поймали. Но тут есть закономерность: чтобы не происходило, преступник всегда возвращается обратно.
– Ричард, – детектив внезапно вспомнил стеклянные серо-голубые глаза того котенка, и мотнул головой.
И действительно, здесь было всё оцеплено патрульными, и детектив огляделся вокруг, ища то самое место, которое показал ему на фотографии девятисотый (к тому, что Рид сам же дал ему имя, он привыкнет ещё не скоро). Найдя то место с фотографии, Гэвин присел рядом на корточки и потрогал землю. Однако здесь не было ничего.
– Кто-то уже успел побывать здесь, надо опросить патрульных, – детектив поднял взгляд на девятисотого и, разумеется, не мог заметить, что кто-то пристально наблюдает за ним, спрятавшись между контейнерами.
- Подпись автора
Копья и стрелы ровно в шесть подадут на чай,
Вместо лимона – печаль.
Плохие манеры, столько сказано сгоряча –
Такая примерно ничья.
![https://i.ibb.co/yyg3Qc3/tumblr-0f03577129e3643637a7d159397411ca-79ef197f-540-2.gif](https://i.ibb.co/yyg3Qc3/tumblr-0f03577129e3643637a7d159397411ca-79ef197f-540-2.gif)